Археологические тайны Заречного

Археологические тайны Заречного  

Юлия ВИШНЯКОВА

Мы привыкли отсчитывать историю Заречного с 1955 года, с начала Всесоюзной комсомольской стройки. Но если отступить на несколько тысячелетий назад, окажется, что наши места привлекали людей задолго до появления первого бетонного блока, а под домами жителей Боярки и вовсе может лежать древний клад…

Сегодня на территории нашего муниципального округа официально зафиксированы три объекта археологического наследия: Боярское городище (ранний железный век), Селище Камышинское III (ранний железный век) и Стоянка Мезенская I (неолит). Это не просто строчки в реестрах. Это живые следы цивилизации, которые когда-то вскрывали археологи и даже зареченские школьники! А что, если под вашим огородом - стоянка древнего человека?..

От Елизаветы Берс до

строительства трассы

Первые серьёзные раскопки в наших краях прошли ещё в 1947 году. Учёный-археолог Елизавета Берс работала на восточной окраине деревни Боярка, на правом берегу реки Пышма. Там было обнаружено городище, окружённое рвом глубиной 1,3 метра и валом высотой 1,5 метра. Находки впечатляли: древние керамические горшки с орнаментом, кости животных, кремниевые наконечники стрел и копий. Сегодня эти артефакты хранятся в одном из музеев Екатеринбурга.

Позже часть истории ушла под воду. При заполнении Белоярского водохранилища в зону затопления попали пять археологических памятников. По свидетельствам старожилов, на дне могут покоиться не только древние поселения, но и маленькая часовня, а также несколько могил монахов.

В 1977 году в процессе археологического обследования территории специалистами-археологами было обнаружено «Селище Камышевское III», в 1985-м - «Боярское городище». К слову, стоянки - это временные или постоянные поселения каменного и бронзового века; городища - укреплённые поселения с рвами и валами (конец II - начало I тыс. до н.э.); селища - неукреплённые поселения того же периода.

На этом открытия не закончились. Новый виток интереса к нашим землям случился в 1992 году. Когда велись предварительные работы по строительству трассы Екатеринбург - Тюмень, археологи под руководством Александра Шорина наткнулись на левом берегу Пышмы на следы древнего человека. Было найдено около трёх десятков неглубоких ям, укреплённых деревом. Внутри лежали каменные орудия, наконечники стрел и осколки керамики VI-IV тысячелетия до н.э. Так было открыто поселение Боярка I, датированное эпохой энеолита.

В июле 1993 года по заданию ПРСО «Свердловскавтодор» разведочным отрядом ИИиА УрО РАН под руководством Романа Волкова проведено дополнительное обследование строящейся автодороги Екатеринбург - Тюмень в месте её пересечения с рекой Пышмой. В ходе работ выявлено пять памятников археологии: на левом коренном берегу р. Пышмы - стоянки Боярка IIV (датированные эпохами неолита - энеолита), в 600 м к северо-западу от окраины с. Мезенское - стоянка Мезенская I (датирована в широком хронологическом диапазоне: эпохой неолита - бронзовым веком). Летом 2002 года Восточно-уральским отрядом археолого-этнографической экспедиции ИИиА УрО РАН по открытому листу Анны Кузьминой проведены работы по уточнению границ памятников археологии Боярка IV.

Несмотря на то, что археологических находок в наших местах было сделано много, по данным Управления государственной охраны объектов культурного наследия Свердловской области, на сегодня в Заречном только эти три объекта относятся к «выявленным объектам археологического наследия»: Боярское городище Селище Камышинское III и Стоянка Мезенская I (неолит).

Загадка ям: обсерватория, святилище или склад?

Находки привлекли внимание учёных. В 2002 году в течение нескольких полевых сезонов археологи под руководством Натальи Чаиркиной вели масштабные раскопки площадью более 1200 кв. м, исследуя поселение Боярка I. Сделано это было не только из научного интереса: поселение попадало в зону строительства автодороги Екатеринбург - Тюмень, поэтому учёные работали по государственному контракту, заключённому с СОГУ «Управление автомобильных дорог».

Вскрыв территорию, учёные обнаружили земляные сооружения. Предположили, что это ямы производственного назначения.

В отчёте «Археологические открытия 2004 года» опубликованы результаты исследования многослойного поселения Боярка I в 2002 году:

«Памятник занимает ровный слегка покатый участок берега р. Пышмы к югу от плотины Белоярского водохранилища и к юго-востоку от технополиса Заречный. Поверхность памятника задернована и занята сосновым лесом. Раскопом площадью 492 мІ исследованы 9 сооружений, представляющих собой земляные ямы, выкопанные в плотном грунте, овальной или округлой в плане формы (диаметр 23 м, глубина ок. 1 м). Стенки некоторых ям были обложены деревом или берестой. Сооружения, как правило, не содержат материала, в некоторых найдены фрагменты глиняной посуды и изделия из камня. Ямы засыпаны суглинком, крупной галькой, охрой. В процессе раскопок на памятнике обнаружено 359 изделий из камня и глины эпох неолита, энеолита и бронзы (VI - конец II тыс. до н.э.). Изделия из глины представлены фрагментами керамики и развалами сосудов эпохи неолита (полуденская культура), энеолита (аятская и липчинская культуры), бронзового века (коптяковская культура), пряслами, обломками поделок, выполненных из фрагментов керамики. Каменный инвентарь представлен отходами производства и орудиями труда: скребками, ножами, наконечниками стрел, абразивными плитами, молотом».

Добавим лишь, что после раскопок и изучения поселения его вновь засыпали…

Мужики в шкурах ходят, и шаман гремит

Ранее в Заречном предполагали, что археологические находки могли быть связаны с обрядовой деятельностью древних людей или даже что в этих местах находилась древняя обсерватория. Так, в книге «Заречный. Полная история атомграда» высказываются предположения, что найденное становище было производственным комплексом для закваски рыбы или комплексом ритуальных погребений. «Но самая любопытная версия позиционирует становище как древнюю обсерваторию. Расположение ям могло быть связано с положением небесных объектов в то или иное время. А вполне вероятно, что становище служило одновременно и обсерваторией, и местом ритуальных праздников, которыми древние люди отмечали приход нового времени года».

По словам старшего науч-ного сотрудника группы охранных археологических исследований Института истории и археологии УрО РАН Сергея Чаиркина, который работал на данных раскопках в 2002 году, это было обычное бытовое поселение.

«Надо отметить, что памятник до конца не раскопан. Пока копали в Боярском городище, сходили в разведку по ближайшей территории. Там обнаружили Селище Камышинское III и Стоянку Мезенскую I. Это места жизни древнего поселения эпохи неолита - раннего железного века, то есть речь идёт о VI тысячелетии до н.э. и середине I тысячелетия нашей эры. От поселения, естественно, ничего не осталось на поверхности. Всё в земле. Было бы интересно найти Боярское городище, которое ещё Елизавета Берс описывала в прошлом веке. Но оно, скорее всего, уже полностью застроено жителями Боярки. Продолжение раскопок возможно только, если в этих местах будет вестись строительство, которое затронет данные объекты. Либо если какие-то объекты попадут в зону интересов научных сотрудников, которые занимаются той или иной эпохой», - отмечает Чаиркин.

Вспомнил Сергей Евгеньевич и забавные моменты, связанные с раскопками:

«К нам постоянно приходили люди, называвшие себя экстрасенсами. Просили разрешения походить в этих местах, "пошаманить". Помню, один мужик так старательно ходил, напрягался, шевелюру руками шевелил: "Вижу! Мужики в шкурах ходят, шаман гремит, все танцуют!.." Это было смешно, потому что там не святилище, а обычное бытовое поселение».

Посвящение

в землекопы

Раскопки в Боярке запомнились не только учёным. В лагерь приезжали студенты УрГУ и зареченские школьники. Участие в раскопках стало ярким воспоминанием для зареченки Екатерины Барминой: в 2002 году она была ученицей 10-го класса.

«Это было чем-то похоже на сегодняшний трудовой лагерь. Помимо зареченских школьников было несколько ребят из Екатеринбурга. Зарплата была маленькой, но атмосфера - бесценной: мы жили в лагере, в брезентовых палатках. Домой уходили только на выходные. Помню, пошли ливни, на третий день палатки потекли, всех отправили по домам. Екатеринбуржцев тоже в Заречном пристроили. А потом желающим предложили поработать ещё месяц. Я согласилась. Школьников стало меньше, зато приехали студенты истфака - будущие археологи. Раскопки были для них практикой. Всего нас было около 40 человек. Периодически надо было дежурить: два мальчика должны были следить за костром, две девочки - помогать поварихе готовить еду. Помню, что чётко знала, сколько крупы надо на ведро каши. Кстати, варили её на сгущённом молоке. На обед обычно был суп и тушёнка с крупой. Картошка в продовольственной палатке бывала редко, но иногда взрослые выменивали её у местных, и тогда ей радовались как деликатесу. Воду возили из деревни. Душа и других удобств не было: купались в реке. В молодости на все эти неудобства внимания не обращаешь».

Продолжение в следующем номере

Фото раскопок из книги “Заречный. История атомграда”

Версия для печати