Последний выпуск
№ 46 от 12 ноября 2026 г.
Газета вышла 5 дней назад

Архив №11 от 12 марта 2026 г. Где ты Алёшенька

Где ты Алёшенька

Где ты Алёшенька

Где ты Алёшенька  

Алёна АРХИПОВА

Жизнь бывает непредсказуема а, порою, очень сурова. На её удары люди реагируют по-разному. Кто-то выходит из проблем с высоко поднятой головой и новыми силами. А кто-то теряет себя, смысл жизни и опускается на самое дно. Оттого даже в нашем респектабельном муниципальном округе появляются бомжи. История одного из них, по имени Алёшенька, трогает до глубины души.

- Алексей, Алёшенька, как мы называем его в местном деревенском чате, живёт он у нас в Гагарке несколько лет, - рассказывает староста деревни Антон Моисеев. - Сначала обитал у местной женщины на Клубной, 16. Но осенью прошлого года она умерла. Родственники вскоре Алексея из дома погнали, так как он успел за короткое время превратить его в неприглядное место.

Потом его приютили мужики на лесопилке. Выделили ему угол, дали работу. Но работник он оказался никакой - ничего поручить было нельзя. Абсолютно не приучен к быту, даже человеческие потребности осуществлял, как говорится, «под себя». Так что терпеть его там не стали.

Давали ему шанс и на местной частной ферме. Пустили Алёшеньку в тёплую кондейку, но до первой пьянки. «Он выпьет и, как копейка, под ногами валяется. Даже у свиней в хлеву его спящим находили. Они ведь его могли и съесть, а мне потом отвечать», - пояснил предприниматель, который тоже не захотел проблем.

Так и бродил Алексей, как неприкаянный, по деревне. Кто подкормит его, кто старую одежду отдаст. В последнее время он ходил в старом ватнике с обгоревшим рукавом. Как только началась зима, чаще всего сидел на пороге «Пятёрочки». Замерзал - заползал погреться в предбанник, пока продавцы, задыхающиеся от его невыносимого запаха, не прогоняли. То на остановке спал. Я его не раз поднимал со словами «Иди домой, а то замёрзнешь, собутыльники твои уже разошлись». Он куда-то уходил.

На крещенские морозы Алёше повезло. Его, спящего на остановке, с почти отмороженными ногами, нашла жительница, которая раньше работала медиком. Вызвала скорую помощь, дождалась врачей, настояла, чтобы его забрали. Алёшеньку оставили стационаре, прокапали, подлечили, пока он оттуда не ушёл. Впрочем, его никто и не держал.

После больницы я нашего бомжика, когда он был трезвым, разговорил. Оказалось, его зовут Алексей Алексан-дрович Брусницын. Ему 52 года, седины в бороде и волосах практически нет. На руках и теле татуировки, кличка «Колотый». И паспорт, по его словам, у него есть: «Где-то в Мезенке в доме лежит». Рассказал, что как-то дня два был в Заречном, но там испугался. Говорит: «Они меня воровать заставили бы и убили бы, никто бы не нашёл. В деревне лучше». Тогда-то он мне и выкатил: «Да я нигде, там вон машина брошенная стоит, я в кабине живу». Местных наших маргиналов он побаивается, не хочет ходить битым, поэтому с ними много не пьёт, и у них в домах не остаётся.

Тогда я и осознал, что у меня в деревне человек с осени 2025 года, часто в лютые морозы, живёт на улице. Стал с того времени с помощью деревенского чата его отслеживать: люди по моей просьбе отписывались, где он в данный момент находится. Наказал в чате нашего порошайку не поить и денег не давать, а лучше одеждой, хлебом и сигаретами помогать.

Во все двери

- В начале февраля начал в разные структуры звонить и узнавать, можно ли ему помочь, - продолжает Антон Игоревич. - Заместитель главы по социальным вопросам дала мне понять, что они такими делами не занимаются. В местном отделении КЦСОН «Забота» тоже поначалу сказали, что это не в их компетенции. Потом, правда, выслушали проблему, согласились встретиться с ним и поговорить, чтобы понять его настрой, и мне подсказать, как поступать. Потом специалисты долго не могли выехать на место - не было машины. На моём транспорте почему-то ехать отказывались.

Как я понял, и в полиции его знают. Продавцы нашего магазина не раз вызывали наряд, когда выгнать бомжа не могли. Наряд приезжал, проводил с ним беседу, предупреждал о последствиях нарушения общественного порядка и отпускал. Задерживать его было не за что.

Узнавал я и про пункт временного содержания на Ленина, 26, где такие люди-брошенки живут. Сказали, что там 4 места. Жить можно в течение 3 месяцев, но и они на всю зиму заняты.

Вот и получается, что обездоленному человеку в Заречном хуже собаки живётся. Пса бездомного и того заберут, продезинфицируют, привьют, стерилизуют, накормят и потом только отпускают на волю. А Алексей вообще никому не нужен…

Конец один

- Конец у брошенных людей всегда один. В деревне таких печальных примеров много. Два года назад на Клубной сгорел дом, в котором жил старый одинокий пьяница. Нашли его на печи под двумя матрацами, сколько он там лежал, пока дом не загорелся, не известно. Другой опустившийся дед, от которого отказались родственники, ещё как-то существовал, пока мог ходить. Потом слёг, не смог топить. Нашёл его я через две недели, так как заметил, что тропинка к дому снегом завалена. Ещё один маргинал на очереди. Он молодой, дерзкий, вороватый. Пьёт, буянит, провÐ