Чемодан Колмановского

Чемодан Колмановского  

В Краеведческом музее открылась уникальная выставка к 125-летию со дня рождения первого директора строящейся Белоярской АЭС.

Юлия ВИШНЯКОВА

- В конце 2025 года краеведческому музею был сделан грандиозный подарок: в этом самом чемодане мы получили большой объём документов, связанных с жизнью первого директора строящейся Белоярской атомной станции Моисея Львовича Колмановского, - вспоминает главный хранитель документов музея Галина Каркавина и указывает на старый, потёртый чемодан, украшающий фотозону. - Стали знакомиться с документами, раскладывать их в хронологическом порядке, и картина маслом легла. Для нас это был настоящий шок!

26 февраля в краеведческом музее на улице Островского к 125-летию со дня рождения Моисея Львовича Колмановского открылась выставка: «Человек-легенда». Зал был полон. И неудивительно: это поистине историческое событие для Заречного.

Свидетель эпохи

Моисея Колмановского в нашем городе по праву называют человеком-легендой. Он был очевидцем важнейших событий в истории страны. Видел Николая II, встречался с Лениным. Поднимал энергетику в молодой советской стране. Стоял у истоков важных строек. В истории Заречного его роль исключительна.

Родился Моисей Львович 26 мая 1901 года в Могилёве в семье строительного десятника. Мама была домохозяйкой. После окончания школы Колмановский начал работать счетоводом.

Именно в Могилёве он увидел Николая II.

- Незадолго до отречения от престола Николай II перебрался в Могилёв вместе со своей ставкой, - вспоминал Моисей Львович. - Жил на горе в губернаторском доме. Мы же жили в низине. Каждый вечер в одно и то же время по нашей улице проходил георгиевский батальон. Зрелище было великолепное: яркие костюмы бравых служак, вымуштрованные чёткие движения. Батальон проходил у подножия горы. В это время царь обязательно выходил на площадку и бросал: «Здорово, георгиевцы!». «Здравия желаем ваше императорское величество», - чётко отвечали служаки. И в день, когда царь отрёкся от престола георгиевский полк как всегда проходил у подножия горы, но на приветствие царя ему никто не ответил. Опустив голову, бывший самодержавец ушёл…

В 1920 Колмановский был признан в армию. Но его признали негодным к строевой военной службе по зрению, однако годным к административно-хозяйственной части. Зрение у него было плохое: минус 5. Проходил он службу в качестве краноармейца - секретаря агитпромотдела снабжения политотдела при Кремле.

Есть воспоминания о встрече Колмановского с Лениным.

- Мне посчастливилось видеть Владимира Ильича. Меня отправили в военную школу при Кремле. Помню, стоим в строю, он проходит и обязательно с нами поздоровается. Мы дружно отвечаем. Одет он всегда был очень скромно: пиджак не высшего качества и простые ботинки. Не раз с Владимиром Ильичом встречались во внутреннем кремлевском саду, где мы прогуливались будучи в увольнении. Сядет на скамеечку и задумается. Мы старались не мешать ему.

Колмановскому также приходилось стоять на часах у Спасских ворот, где он пропускал транспорт. В машине проезжали Ленин, Луначарский, Калинин, Бухарин, Троцкий, - вспоминал Моисей Львович. Два раза принимал участие в параде на Красной площади. Посчастливилось ему и стоять на часах у квартиры Ленина.

Большие стройки

В 20 лет Колмановский стал коммунистом. Будучи студентом электропромышленного факультета института народного хозяйства имени Плеханова, он был направлен в «Энергострой» и стал одним из первых специалистов в области энергетики. Он строил Сталинградскую, Калининскую ГРЭС и Серовскую ГРЭС, ЦЭС города Комсомольска-на-Амуре, Закамскую и Егоршинскую ТЭЦ.

В 1955 году Моисей Львович был назначен директором строящейся Белоярской ГРЭС - государственной районной электростанции. А в 1963 году стал заместителем директора БАЭС по капитальному строительству.

Изначально Колмановский с семьёй поселился в посёлке геологов на Шеелите, возле будущего Заречного. Затем в однокомнатной квартире на улице Комсомольской молодого тогда посёлка. Последним его местом жительства была двухкомнатная «малометражка» на пятерых в доме №4а по улице Мира.

Личность этого человека сыграла огромную роль в строительстве станции и формировании коллектива Белоярской АЭС.

- По сути, он стал основателем Заречного. Заложил основы первых структур будущего поселка. При нем Заречный начинался с вагончиков и палаток, к 1963 году был выстроен постоянный благоустроенный посёлок, где проживало 3 тысячи человек. При Колмановском Заречный и стал Заречным - именно такое название было присвоено посёлку 1 октября 1957 года, - подчёркивает экскурсовод Людмила Бучельникова.

При Колмановском в Заречном пустили водопровод, баню, открыли техникум. Проложили главную дорогу на БАЭС, основали ОРС, построили первые современные магазины, включая знаменитые «Универмаг» и «Детский мир» на площади. При нем пустили новый дворец культуры, новый корпус больницы, роддом, загородный лагерь, профилакторий, стадион «Электрон».

Это был порядочный и интеллигентный человек. У него была отличная память, и многих работников он называл по имени-отчеству. Запомнили его скромным и бережливым. На строительстве первого блока станции ему удалось сэкономить более 5 млн рублей - таким рачительным хозяином он был. Целиком отдавался своей профессии.

Святым для него оставалась семья: жена Лидия Павловна и дочери - Ирина, Людмила и Лидия.

- Невозможно было спокойно прогуляться по посёлку. Всегда к Моисею Львовичу подходил кто-нибудь из простых рабочих. И беседа могла длиться часами. И он часами мог терпеливо выслушивать, - вспоминала внучка Колмановского Наталья Юрьевна Ганова. К сожалению, она ушла из жизни в 2025 году.

В 1974 году Моисея Львовича не стало. Уже после его смерти обнаружилось, что все свои сбережения он инкогнито предавал в детский дом Нижнего Тагила.

Колмановский стал первым, кого похоронили на городском кладбище, которое сейчас все называют его именем. В 2000 году посмертно Колмановскому присвоено звание Почетного гражданина города Заречный. К 120-летию открыта памятная доска на доме 4а по улице Мира.

Письма, пистолет и коньки

До появления уникального чемодана в городском музее хранилась лишь часть документов о личности Колмановского. Но это были фрагментарные вещи, которые не давали полной картины его жизни.

Документы, фотографии, личные вещи Колмановского распределены по витринам в хронологическом порядке. И первый документ - это справка об окончании могилевской школы от 1921 года. Этой справке более 100 лет!

В этой же витрине представлена красноармейская книжка Колмановского.

- Это кладезь! Когда открываем такие документы и с лупой (надписи же стираются) рассматриваем, начинаем охать от восторга. Можем увидеть, что выдавалось тогда военнослужащим, какая форма была. Есть информация и о денежном довольствии. По этим документам мы можем отслеживать российскую историю, - восхищается экскурсовод.

Необычный экспонат есть в витрине, посвященной трудовому пути Колмановского в 30-е годы. Это пистолет! Здесь же документы об оружии за разные годы.

- Мы понимаем, что человек работал с секретными документами. На Дальнем Востоке, при строительстве судостроительного завода, работали в тайге, контингент был, в том числе и уголовный. А строили военный объект. Поэтому оружие - это данность, - подчёркивает Каркавина.

Документы военного периода - это тоже мощная история. 1941 год - строительство временной электростанции в городе Бузулук. Задача: из ничего выдать в короткий срок комплекс оборудования. На внутренних ресурсах строили. И пускали!

Отдельная витрина - семейные документы, которые открывают Колмановского с другой стороны. Многие годы человек не был в отпуске. И Лидия Павловна растила троих дочерей без мужской помощи.

Сильный мужчина силён своей женщиной. А насколько он ценил семью, видно даже по производственным документам. Находясь в Комсомольске на стройке дальневосточного завода, Колмановский пишет в парторганизацию заявление, в котором признаётся, что семья находится на грани развода:

- Моя семья, состоящая из жены и троих детей, со мной вместе жить не может вследствие болезни детей (туберкулёз лёгких). Несмотря на неоднократные мои уговоры переехать на жительство в Комсомольск, жена, боясь за детей, от переезда категорически отказывается. Дальнейшая раздельная жизнь ни к чему хорошему привести не может… остановиться на решении развода и, следовательно, разрушении семьи, я не могу.

И партия его отпускает из Комсомольска.

«Как рассекает!»

Поделились своими воспоминаниями о Колмановском и старожилы Заречного, пришедшие на открытие выставки.

- Ему было 60 лет, когда я приехала в Заречный. Работать с ним было одно удовольствие. Спокойный, тихий, грамотнейший человек. Зимой и летом сидел при открытом окне. И у костюма его всегда была меховая жилетка. Работники ходили к нему с актами на подпись. Намёрзнуться и к нам бегут отогреваться. Говорили ему, что у вас в кабинете не задержишься, - вспоминает Зоя Петровна Бархатова.

- Когда я пришла в отдел капстроительства, то слышала о Колмановском только тёплые отзывы, - делится воспоминаниями Евдокия Ткач. - Рассказывали, как он ходил по отделам, здоровался с сотрудниками за руку, всегда спрашивал, как дела у людей, и если нужна была помощь, помогал. Помню, видела, как он катался на коньках на стадионе «Электрон». Мне было 26 лет, ему уже лет 68. Одет был очень скромно. Помню, катился он с такой скоростью, что воздух перед ним расступался. Думала: «Ничего себе, как рассекает!»

И это далеко не все уникальнейшие документы, которые выставлены в нашем городском музее. Уверены, что никого из посетителей экспозиция не оставит равнодушным. Проработает она до 27 марта.

Фото автора: Тот самый чемодан Колмановского

Версия для печати